Наталья Петрожицкая: «Кроме как петь я ничего не умею, не люблю и не хочу!»

Сегодня в гостях у редакции журнала Наталья Петрожицкая. Представлять ее любителям оперы нет необходимости. Эта певица уже ярко зарекомендовала себя. В своем родном Музыкальном театре имени К.С.Станиславского и В.И.Немировича-Данченко она поет много и успешно. Мы давно хотели поговорить с Наташей. И вот теперь, после блестящей премьеры «Войны и мира» у нее выдалось время для беседы. Получилась именно беседа, а не интервью. В чем здесь разница? В непринужденности и свободе диалога. Вопросы мы, конечно, подготовили, но отвечая на них в ходе встречи, Наташа подчас так увлекалась, что выходила за их рамки, а следом за ней и мы. Ей было что сказать не только о своей биографии… И это очень хорошо!

— Наташа, спасибо, что пришли к нам. Хотелось бы поговорить о многом, но от традиционных начальных вопросов не уйти: «Как, когда и почему?»

«Марта». Музыкально-исторический этюд (окончание)

В прошлом выпуске нашего журнала мы начали публикацию большой статьи об опере Фридриха фон Флотова «Марта», приуроченную к 200-летнему юбилею композитора. Сегодня мы завершаем эту публикацию.

Глава 4. Номерная структура

Данная глава может быть полезна любителям оперы, которые захотят поглубже окунуться в мир флотовской музыки и внимательно прослушать оперу целиком следя за развитием сюжета по тексту либретто, прилагаемому к аудиозаписи. Те же читатели, которым достаточно только общей информации о «Марте», могут ее пропустить.

Возвращение «Дон Кихота»

Дежавю Московского Пасхального фестиваля

Говорят, что дважды войти в одну и ту же реку нельзя. Я же решил попробовать. И в прошлый раз, и в нынешний оперу «Дон Кихот» Массне в концертном исполнении по линии Московского Пасхального фестиваля давали на сцене Большого зала консерватории. Однако если в первый раз были задействованы как силы Мариинского театра (Оркестр и солисты), так и Академии его молодых певцов (Хор и солисты), то на этот раз все исполнительские составляющие (за исключением второстепенных персонажей, доставшихся солистам Академии) гордо значились под вывеской Мариинского театра. Эти два исполнения разделяют два года, но в афишах обоих в главной партии исключительным козырем анонсировалось имя всемирно известного итальянского баса Ферруччо Фурланетто, весьма именитого ветерана оперной сцены, который всё поет и поет – и уходить «на пенсию», похоже, не собирается: как сообщается в программе исполнения «Дон Кихота» Массне этого года, ангажементы певца расписаны вплоть до 2015-го…

Валькирии в полёте — слушатель в пролёте

В рамках Московского пасхального фестиваля состоялось исполнение третьего акта «Валькирии» Р. Вагнера. С самого начала событие ожидалось знаковое, однако шведское сопрано Нина Стемме – одна из лучших исполнительниц вагнеровского репертуара, — к сожалению, своё выступление в партии Брунгильды отменила, и её замена на Ларису Гоголевскую стала, пожалуй, основным разочарованием этого вечера. Гоголевская — певица, безусловно, грамотная и корректная, но потёртый тембр, дребезг на верхних форте и шатание на полубеззвучных пиано хоть и не сильно, но мешали.

На её фоне выступление Екатерины Шиманович в партии Зиглинды показалось даже удачным, несмотря на резкое форсирование звука на открытых гласных и ощутимую заваленность звука в горло. В целом прекрасная фразировка, округлость и обертоновая яркость компенсировали несколько грубоватое звучание певицы.

Старомодная «Богема» впечатляет

В возрожденной в двадцать пятый раз реалистически-романтической постановке «Богемы» Джона Копли, представление которой прошло в Королевской опере Лондона, все сошлось! Я просматриваю свои записи, сделанные в темноте зала, и нахожу одни и те же, все время повторяющиеся слова, и понимаю, что произошло событие. Это была Опера с большой буквы, поднявшая зрителя на тот уровень эмоциональной радости, когда размывается ощущение времени, пространства, а эффект реалистичности, жизненности происходящего настолько силен, что, после того, как опущен занавес, требуется минута-другая, чтобы понять — ты в театре!

Именно это представление будет транслироваться 17 мая на Big Screen - огромных экранах, установленных в 22-х самых публичных местах Великобритании, в том числе и на Трафальгарской площади. Надо сказать, лучший выбор вряд ли был бы возможен. Там, на площадях, скорее всего, будет молодежь, у которой совершенно те же самые проблемы что и, без малого, двести лет назад. Любовь, амбиции и безденежье!

Очевидный симптом возрождения

Одесский национальный академический театр оперы и балета известен всему миру прежде всего своим архитектурным обликом: исключительное по красоте и гармоничности творение австрийских архитекторов Фердинанда Фельнера и Германа Гельмера по праву входит в число самых выдающихся достопримечательностей Европы. Но не только экстерьер и интерьеры впечатляют: у оперного театра в Одессе превосходная акустика, что является, пожалуй, ключевым фактором для оперного искусства, гораздо более важным, чем визуальные красоты. У театра как у творческой единицы славное прошлое: от одного перечисления мировых звёзд рубежа 19 – 20 веков, что выступали на его сцене, голова идёт кругом: Карузо, Баттистини, Тетраццини, Руффо, Шаляпин, Собинов, Крушельницкая, Нежданова… В эпоху советского изоляционизма на одесской сцене блистали преимущественно отечественные вокалисты, но и они были самого высокого качества – не зря Москва, Ленинград и Киев регулярно переманивали певцов из Одессы.

«Марта». Музыкально-исторический этюд

К 200-летию со дня рождения Фридриха фон Флотова

От редакции.

Сегодня мы предлагаем нашим читателям большую статью, посвященную одной опере. В каком-то смысле это эксперимент. Нужна ли такая новая форма на страницах нашего журнала? Может быть наряду с информацией об актуальных событиях в мире оперы (рецензиями, материалами, посвященными историческим вехам и датам) читатели нуждаются в чем-то более основательном? А что может быть таковым, как не сами оперные произведения, к тому же редкие, детальных сведений о которых маловато? Вопросы, вопросы… Но не попробовав ответов не сыскать. А там уж, как жизнь покажет.

С новым Вертером!

«Вертер» Жюля Массне в последние годы не часто появлялся на отечественных оперных подмостках, как, впрочем, и другие произведения знаменитого французского романтика, столетие со дня смерти которого отмечает в этом году весь музыкальный мир. Кое-что для популяризации его многочисленных сценических детищ делал Пермский театр оперы и балета – на его сцене шли даже такие незаигранные оперы как «Золушка» и «Клеопатра». Но в целом внимания к Массне было явно недостаточно: лишь в последние годы в этом направлении заметны некоторые подвижки, правда, пока очень небольшие, единичные акции, как то, например, постановка «Дон-Кихота» в Мариинском театре или «Золушка» в учебном театре Академии Маймонида.

У Театра Станиславского и Немировича-Данченко есть свои заслуги перед Массне. Когда-то много сезонов подряд здесь шла изумительная постановка «Манон» с Галиной Писаренко и Анатолием Мищевским в главных партиях, ставшая легендой московской оперной сцены. Во-второй половине 1990-х Борис Покровский сделал здесь совершенно раритетную «Таис», к сожалению продержавшуюся в репертуаре не слишком долго. И вот очередь дошла до «оперы номер один» в наследии великого француза – до «Вертера», премьера которого состоялась в театре на Большой Дмитровке осенью 2009 года.

«Аида» Даниеле Финци Паски — музыка для глаз

Премьера этого петербургского спектакля состоялась почти год назад. По ряду причин наш журнал не смог осветить ее своевременно. Делая это сегодня постфактум, мы, тем самым, закрываем одну большую тему – завершаем рецензирование спектаклей-номинантов оперной программы только что прошедшего в Москве Национального театрального фестиваля «Золотая маска».

19 апреля в концертном зале Мариинского театра состоялся очередной, 16-й по счету спектакль нового формата «Аиды» Джузеппе Верди. Вот уже год труппа Мариинки дарит ценителям высокого жанра красивое и яркое зрелище. Режиссер-постановщик, швейцарец Даниэле Финци Паска так высказался об этом в одном из интервью: «Оперный спектакль — это музыка не только для ушей, но и для глаз... Режиссура в опере существует для того, чтобы сделать пение еще лучше и насытить его мыслью, чувством, действием».

И снова... Прощай, тенор!

После Винченцо Ла Сколы и Сальваторе Личитры новое прощание: на этот раз с Вериано Лукетти. Правда, речь не идет об инфаркте или несчастном случае. Лукетти скончался в Риме в возрасте 73 лет. Но возраст по нынешним меркам далекий от почтенного. Мог бы еще пожить: это банальное выражение так и просится на язык, тем более что в Италии живут долго.

Вериано Лукетти родился 12 марта 1939 года в одном из городков провинции Витербо, что северу от Рима. Витербо – один из самых странных и притягательных итальянских городов, где прошлое сильным и естественным образом вторгается в настоящее, город в серо-черных тонах, мрачный и тесный, окруженный древними стенами и обширными полями поразительного зеленого цвета. В этих краях некогда жили этруски, и в получасе езды туристов ждут знаменитые этрусские могильники. Тускания, Тарквиния, Сутри, Ветралла, Монтефьясконе – небольшие городки рядом с Витербо, точно так же, как и центр провинции, «напичканные» памятниками старины, которая так и лезет изо всех дыр и норовит завести с вами разговор.

«Erbarme dich, mein Gott»

Это было незабываемое впечатление давних лет, когда я впервые услышал арию альта Erbarme dich, mein Gott из «Страстей по Матфею» в исполнении контральто Кэтлин Ферриер. На фоне солирующей скрипки лился ее божественный голос. Слово «божественный» в данном случае имеет не только смысл художественной метафоры, но и почти прямой – именно так, возвышенно и несуетно, как мне кажется, и должен звучать голос ближайшего ученика Христа, искренне раскаивающегося в своем отречении от него. Восхищает также умение Ферриер передавать непрерывность и текучесть музыкальной фразы – таким свойством, своего рода эманацией, обладают многие баховские ораториальные мелодии.

Из сильных впечатлений – «Песнь о земле» Малера. Ферриер исполняла ее неоднократно, а однажды в присутствии Альмы Малер. Запись с Бруно Вальтером очень хороша. Маэстро был большим поклонником таланта певицы, даже выступил ее аккомпаниатором на двух исторических концертах 1949 года в Эдинбурге…

К вопросу о русском Вагнере

Мы продолжаем нашу новую, но уже вполне сложившуюся традицию, посещать спектакли текущего репертуара оперных театров. Премьера «Лоэнгрина» в Новой опере прошла давно, но это не снижает актуальности постановки, о чем автор рецензии и говорит среди прочего в своей статье. Как всегда мысль Курмачева «бьется» об острые камни субъективной парадоксальности. Не всем это нравится, не всегда и редакция согласна с ним. Но нельзя у рецензента отнять главного: глубокого и неравнодушного взгляда на постановку и огромного зрительского опыта.

Вагнер в Москве – явление фантастическое. И то, что мы с этим смирились, лишний раз напоминает о той нездоровой ситуации, которая сложилась в российской столице вокруг оперного наследия байройтского гения. «Запрет любви» в «Геликоне» - это не совсем тот Вагнер, который Вагнер, и сам вопрос, нужна ли Москве тяжеловесная мелодраматическая эстетика вагнеровских опусов, весьма болезненный, поскольку у нас нормального Верди с Беллини – днем с огнем… да и Чайковского с Римским-Корсаковым – не регулярно… и с массой оговорок. А слово «Хованщина» в московских афишах писать уже совсем скоро будет просто бессмысленно: всё равно никто не поверит…

Василий плюс Василий равно — гала-концерт

На сцену театра «Новая Опера» выходит Василий Ладюк, интеллектуальнейший лирический баритон нашего времени, один из бесспорных любимцев московской публики. Выходит и начинает не просто петь, а буквально с первых нот погружать слушателей в устойчивый и непрестанный медитативный транс… Его исполнительской манере присуща необыкновенная мягкость и выразительность, подкупающее интонационное благородство и рафинированный артистизм, а также то самое величавое достоинство, благодаря которому безусловно понимаешь, что перед тобой – истинный художник оперного жанра. Последнее представляется весьма важным, ибо в наше время исполнительские оперные традиции одна за другой начинают без боя сдавать свои позиции. Напротив, в пении Василия Ладюка мы находим не только «островок забытых традиций», но и надежный «бастион оперного академизма»…

Большая певица в камерном формате

Когда на афише театрально-концертного зала «Дворец на Яузе» появилось имя Елены Зарембы с новой программой в органном сопровождении, сомнений, что это стоит услышать, не возникало. Но сюрпризом стало, что концерт состоялся не в основном зале, постоянно мелькающем на телевидении в качестве места проведения КВН и прочих популярных шоу, а в фойе, в камерном формате.

Первая реакция - досада, неужели певица с мировой известностью не достойна сцены, которая часто принимает даже самодеятельных артистов? Тем более, сразу было понятно, что орган предполагается не стационарный.

«Летучий Голландец» в Варшаве или магия водной стихии

Большим и долгожданным событием театральной жизни столицы Польши стала премьера «Летучего Голландца» Рихарда Вагнера, которая состоялась 16 марта в Варшавской Опере (Театр Вельки). Можно сказать, что успех спектаклю был обеспечен. Варшавская публика истосковалась по Вагнеру, которого не видела уже больше 20 лет (последний «Летучий Голландец» был в репертуаре сезона 1984-1985, а в 1987-1990 гг. ставилось «Кольцо Нибелунга»). Кроме того, реализаторы этого спектакля – режиссер и художественный руководитель театра Мариуш Трелиньский и сценограф Борис Кудличка – предложили действительно захватывающее воплощение фантастического мира этой романтической легенды.

Говоря о творчестве Вагнера, некоторые музыковеды подчеркивают его противоречивость и называют его теорию «историческим курьезом». Стараясь «уничтожить оперу» (по словам Ганса Галя) своей реформой, композитор создал гениальные произведения скорее для театра будущего, где сценические и фантазия режиссера не знают границ. Варшавская премьера стала тому ярким подтверждением.